Коррупция остается одной из главных форм организованной преступности в Чехии
15 октября 2025
09:00
Коррупция по-прежнему входит в число основных форм организованной преступности в Чехии, особенно в таких секторах, как строительство, здравоохранение и информационные технологии. Помимо этого, растет количество налоговых и таможенных мошенничеств с участием международных преступных групп, а также стремительно увеличивается число инвестиционных афер.
Об этом заявил директор Национального центра по борьбе с организованной преступностью (NCOZ) Йиржи Мазанек.
По данным ежегодного отчёта, NCOZ в 2024 году инициировал 75 уголовных дел, что на 16 больше, чем годом ранее. В целом обвинения были выдвинуты против 329 человек и 53 юридических лиц, в прокуратуру направлено 52 дела с предложением обвинительного заключения.
«В прошлом году мы одновременно расследовали 284 дела, и это уже очень высокое число», — отметил Мазанек, подчеркнув, что крупные дела часто распадаются на несколько меньших. По его словам, структура преступности остаётся стабильной, но методы ее совершения становятся все более изощренными.
Наибольшее количество дел (158) касалось экономических преступлений и коррупции, за ними следуют финансовые преступления (69) и деятельность организованных преступных групп (50). Ещё семь дел относились к сфере киберпреступности.
Мазанек отметил, что коррупция остается системной проблемой, особенно в распределении государственных заказов:
«Если пройтись по нескольким краям, почти в каждом найдется кто-то, кто наживается на публичных тендерах. Через три-четыре года возвращаемся — и ситуация повторяется», — сказал он.
В то же время глава NCOZ подчеркнул, что Чехия не выделяется негативно по сравнению с западноевропейскими странами:
«Коррупция — это не восточноевропейская особенность, а общеевропейский феномен. Просто там, где больше ресурсов уходит на борьбу с нелегальной миграцией и уличным насилием, меньше внимания уделяется экономическим преступлениям».
Серьезные коррупционные риски, по словам NCOZ, сохраняются в сферах, связанных с распределением государственных бюджетов, отходами, экологическими проектами и торговлей эмиссионными квотами. В этих областях обход регуляций может приносить значительную прибыль.
В области налоговой преступности наиболее распространены схемы уклонения от уплаты НДС в рамках трансграничной торговли. Все чаще цель преступников — не возврат налогов, а полное уклонение от их уплаты.
Одновременно растет уровень профессионализма преступных структур, обладающих сложной логистикой и техническими средствами, позволяющими адаптировать схемы к новым условиям.
Среди других серьёзных форм организованной преступности Мазанек выделил торговлю людьми — как трудовую, так и сексуальную эксплуатацию, нелегальную миграцию. В связи с войной в Украине NCOZ фиксирует рост числа дел, связанных с нарушением санкций против России — таких расследований насчитывается уже несколько десятков.
Все эти преступления, по словам Мазанека, тесно связаны с отмыванием денег и легализацией доходов, полученных незаконным путем.
«Каждое крупное дело — это не просто коррупция или мошенничество. За ним почти всегда стоят схемы по отмыванию средств и попытки легализовать прибыль от преступной деятельности», — подытожил глава NCOZ.
По данным ежегодного отчёта, NCOZ в 2024 году инициировал 75 уголовных дел, что на 16 больше, чем годом ранее. В целом обвинения были выдвинуты против 329 человек и 53 юридических лиц, в прокуратуру направлено 52 дела с предложением обвинительного заключения.
«В прошлом году мы одновременно расследовали 284 дела, и это уже очень высокое число», — отметил Мазанек, подчеркнув, что крупные дела часто распадаются на несколько меньших. По его словам, структура преступности остаётся стабильной, но методы ее совершения становятся все более изощренными.
Наибольшее количество дел (158) касалось экономических преступлений и коррупции, за ними следуют финансовые преступления (69) и деятельность организованных преступных групп (50). Ещё семь дел относились к сфере киберпреступности.
Мазанек отметил, что коррупция остается системной проблемой, особенно в распределении государственных заказов:
«Если пройтись по нескольким краям, почти в каждом найдется кто-то, кто наживается на публичных тендерах. Через три-четыре года возвращаемся — и ситуация повторяется», — сказал он.
В то же время глава NCOZ подчеркнул, что Чехия не выделяется негативно по сравнению с западноевропейскими странами:
«Коррупция — это не восточноевропейская особенность, а общеевропейский феномен. Просто там, где больше ресурсов уходит на борьбу с нелегальной миграцией и уличным насилием, меньше внимания уделяется экономическим преступлениям».
Серьезные коррупционные риски, по словам NCOZ, сохраняются в сферах, связанных с распределением государственных бюджетов, отходами, экологическими проектами и торговлей эмиссионными квотами. В этих областях обход регуляций может приносить значительную прибыль.
В области налоговой преступности наиболее распространены схемы уклонения от уплаты НДС в рамках трансграничной торговли. Все чаще цель преступников — не возврат налогов, а полное уклонение от их уплаты.
Одновременно растет уровень профессионализма преступных структур, обладающих сложной логистикой и техническими средствами, позволяющими адаптировать схемы к новым условиям.
Среди других серьёзных форм организованной преступности Мазанек выделил торговлю людьми — как трудовую, так и сексуальную эксплуатацию, нелегальную миграцию. В связи с войной в Украине NCOZ фиксирует рост числа дел, связанных с нарушением санкций против России — таких расследований насчитывается уже несколько десятков.
Все эти преступления, по словам Мазанека, тесно связаны с отмыванием денег и легализацией доходов, полученных незаконным путем.
«Каждое крупное дело — это не просто коррупция или мошенничество. За ним почти всегда стоят схемы по отмыванию средств и попытки легализовать прибыль от преступной деятельности», — подытожил глава NCOZ.
ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ :
